Сидели значит с подругами вчера на монументе, разговаривали о насущном, а вокруг мамаши с колясками и клопы постарше, бегающие, прыгающие уже. Так вот, значица, переклинило нас, завели разговор насчет киндеров. Действует это все на мою нервную систему неимоверно. Разные у нас с ними понятия о детях и семье. Раньше причисляла я себя вовсе к детоненавистницам, а щас Нееееет, видно повзрослела. Но считаю что рано, безумно рано... Чуть не поцапались из-за спора по-поводу абортов. Все это, конечно прекрасно, но во время. Потаскать пару часов на руках племянников это одно, совсем иное это свои. Это ж не как букет, собрал - подари бабушке, что знакомые малолетние мамаши и делают. Ух, зла на них не хватает. Школу не успела закончить, в подоле притащила.
Короче все кипит во мне, бурлит и просит дать что-нибудь в руки потяжелее, чтоб думали эти барышни че творят .
из этого разговора вот еще что вытекло:

Ну вот, Приплыли, дожились до таких времен,
Что подруги мечтают нянчить моих детей.
Ну да, это время идет, мы маемся в нем,
Шутим, не называя имен,
Без особенных там затей.
Но подумать, до дипломов подать рукой,
А уж дальше и до семей.

Одна смеется вчера, говорит:
Если девочка, красавица будет - вся в мать.
Ресницы длинные, кареглазая,
Хочу с такой поиграть.
Да негде взять…
Значит ждать будем, пару лет еще,
Будем ждать.

Я конечно не чайлд-фри,
Но такие разговоры доводят до
Дрожи в коленях и холодка внутри.
И я им: лет восемь, как не крути.

А я бы мечтала о мальчике.
Таком, чтобы с яслей слабый пол сводил с ума.
Чтобы весь в отца,
Чтобы била током легкая наглеца.
А я бы могла гордиться
И говорить: это - мои мужчины, это - моя стена.
Моя жизнь и она у меня одна.

Только смотрю на пыль, что осталась в ладонях.
Осела мечтами, да глупыми мыслями.
Подумаешь, станет так больно,
Что слеза в темноте, кажется, сыплется искрами.

Как к тебе опять вечерами стать вхожей в дом?
Не пойму…
А сына б - потом.